10 марта 2026 года
Ближневосточный кризис заставил Запад смягчить санкционную политику. Об этом пишет «Московский Комсомолец».
Смягчат ли США и Евросоюз санкции в отношении российских углеводородов — еще пару недель назад сама постановка такого вопроса была невозможна. Но изменения, происходящие сегодня на сырьевых рынках под влиянием ближневосточных событий, выглядят вполне тектоническими, а значит, меняют очень многое. О перспективах отмены или смягчения антироссийских энерегтических санкций «МК» расспросил экспертов.
На днях, 6 марта, Минфин США выдал 30-дневную лицензию, разрешив индийским НПЗ принимать российскую нефть, застрявшую в море после прежних ограничений. И буквально в тот же день глава американского финансового ведомства Скотт Бессент заявил, что казначейство рассматривает возможность снять санкции и с других сотен миллионов баррелей российской нефти, находящихся в танкерах на воде. По данным ведомства, это объёмы, сопоставимые с несколькими неделями глобального потребления. Одновременно Венгрия — через письмо премьера Виктора Орбана к главе Еврокомиссии Урсуле фон дер Ляйен и устами министра иностранных дел Петра Сийярто — потребовала от Брюсселя немедленно пересмотреть санкционную политику и отказаться от ограничений на поставки российских энергоносителей, во избежание больших проблем для экономики и энергобезопасности ЕС. Мы спросили российских экспертов, насколько реалистичен сценарий дальнейшего смягчения или отмены санкций.
Ахмед Юсупов, экономист, партнер коммуникационного агентства Goldman Agency:
«Санкции против российской нефти работали, когда предложение на рынке было избыточным. Сейчас ситуация обратная — Ормузский пролив заблокирован, через него шло около 20% мировых морских поставок нефти и свыше 30% СПГ, и альтернативных объёмов, способных быстро закрыть дефицит, нет. С этим обстоятельством и связаны последние решения США, пусть и оформленные как временные меры «до нормализации рынка». Позиция Евросоюза сложнее, но она наталкивается на вполне эффективное противодействие со стороны Венгрии и Словакии, которые ещё в январе заявили о намерении оспорить газовое эмбарго в суде ЕС.
А теперь Орбан и Сийярто требуют немедленной приостановки всех энергетических санкций и апеллируют уже не к своим национальным интересам, а к выживаемости европейской экономики в целом. Еврокомиссия пока молчит: официальный представитель ЕК не подтвердил даже факт получения письма Орбана. Общеевропейское решение об отмене санкций в обозримые недели маловероятно — для этого нужен консенсус 27 стран, а политические обязательства перед Украиной никуда не делись. Но в отличие от США, у ЕС нет рычага «временного исключения» — он либо снимает санкции политически, либо смотрит, как промышленность и потребители платят за идеологическую выдержку. Именно этот разрыв между политической позицией Брюсселя и экономической реальностью становится главным аргументом тех, кто выступает за пересмотр ограничений.
На практике же даже без официального снятия санкций уже расширяется круг покупателей и транзакций, которые Вашингтон готов «не замечать». Это означает сокращение ценового дисконта на российскую марку Urals и возможность нарастить выручку без изменения объёмов добычи. Устойчивого разворота санкционной политики пока нет — США действуют ситуативно, оговаривая временный характер послаблений. Но прецедент создан: энергетические санкции оказались инструментом с двойным дном, и в условиях острого дефицита их цена для самих инициаторов стала слишком высокой».
Артур Леер, вице-президент Ассоциации экспортеров и импортеров:
«В нынешних условиях дискуссия о возможном смягчении санкций в отношении российских энергоносителей выглядит вполне рациональным сценарием. Государства, которые вводят ограничения, почти всегда стараются оставить себе пространство для маневра и возможность при необходимости быстро скорректировать собственную позицию. Энергетическая политика — это сфера, где идеологические решения очень быстро сталкиваются с экономической реальностью. Если на рынке возникает риск дефицита, страны-потребители неизбежно начинают искать способы снизить давление на собственную экономику. Конфликт на Ближнем Востоке создает именно такую ситуацию. Любые перебои поставок из этого региона автоматически меняют баланс спроса и предложения на мировом рынке нефти и газа. В условиях, когда значительная часть альтернативных поставщиков уже работает на пределе возможностей, российские энергоносители снова становятся важным фактором стабилизации рынка.
Особенно уязвим сегодня Европейский союз. Поэтапное сокращение потребления российского сырья рассматривалось им как долгосрочный инструмент перестройки энергобаланса, но при резком изменении глобальной конъюнктуры этот процесс может столкнуться с жесткими ограничениями. Если поставки с Ближнего Востока окажутся под угрозой, Европа рискует получить резкий рост цен и дефицит энергоресурсов. На этом фоне риторика западных стран обычно начинает постепенно меняться: сначала появляются осторожные заявления о необходимости проявить гибкость, затем обсуждаются отдельные исключения или временные механизмы.
На практике смягчение санкций может выглядеть не как их полная отмена, а как точечные решения. Это могут быть временные послабления на покупку отдельных объемов нефти или газа, корректировка ограничений для отдельных стран, расширение возможностей для расчетов или транспортировки. Такие шаги позволяют формально сохранять санкционную политику, но одновременно снижать риски для собственных экономик стран ЕС».